«Вечно и не старея, / везде и при любой погоде / длится, когда встретятся два еврея, / спор о судьбах русского народа». Этот стих Игоря Губермана как нельзя лучше описывает ударную команду американцев, призванную довести до конца конфликт вокруг Украины.
Только евреев там не двое, а трое. В той части команды, что ведет переговоры с Москвой, появился новый — третий постоянный участник: комиссар Федеральной службы закупок США Джош Грюнбаум.
Впервые он участвовал в переговорах с российской стороной на встрече в Майами в конце декабря. На прошлой неделе его представили президенту России Владимиру Путину в Кремле.
После этого он вошел в состав американской делегации на переговорах в ОАЭ и должен вернуться туда 1 февраля — на эту дату предварительно согласована очередная сессия сторон для отработки мирного соглашения. Когда американцы всерьез занимались завершением корейской и вьетнамской войн, потребовались сотни рабочих встреч, чтобы довести процесс до конца.
Поэтому, если процесс урегулирования не ускорится под давлением полного отчаяния на Украине и если сам Грюнбаум не попадет в немилость начальства, он, вероятно, останется в этой истории надолго. А попасть в немилость у его начальника легко — речь о президенте США Дональде Трампе.
Трамп известен как человек импульсивный, конфликтный и непростой в общении, но при этом преданный семье и благосклонный к евреям. Связь с еврейской общиной у него укрепилась через старшую дочь Иванку, которая перед браком приняла религию мужа Джареда Кушнера — ортодоксального иудея.
То, что нынешний президент США считается самым произраильским в истории страны, обычно объясняют влиянием семьи. Налаживание отношений с Россией также во многом стало семейным проектом Трампа.
Кроме зятя (Кушнера) в переговорную группу входит и Стивен Уиткофф — ее руководитель, старый знакомый и партнер по гольфу, сын продавца женской одежды из Бронкса. Грюнбаум в этой компании — третий: самый «новый» и молодой — около 40 лет, хотя точной даты рождения у него в открытых источниках нет, даже страницы в Википедии.
Известно лишь, что он родом из ортодоксальной еврейской общины Нью-Джерси, учился в иешиве и является внуком единственного члена семьи, пережившего Холокост. И, кроме еврейского происхождения, ничего особенно не связывает его с другими посланниками Трампа — Кушнером и Уиткоффом.
Даже с самим Трампом связь непрозрачна. Остается загадкой, как именно Грюнбаум оказался в президентской команде.
В материалах, сопровождавших его появление, создавалось впечатление некой ассоциации с Илоном Маском: в биографическом и профессиональном плане они якобы схожи. Грюнбаум тоже пришел из большого бизнеса (руководил крупной инвестиционной компанией) и неожиданно перешел на госслужбу с обещанием экономии за счет сокращений.
Его даже упоминали как вероятного преемника Маска в проектах, связанных с DOGE. А после конфликта между самым богатым человеком планеты и президентом США именно Грюнбауму поручили оценить государственные контракты со SpaceX и Tesla с прицелом на возможное расторжение.
Экспертиза показала, что контракты имеют критическое значение для Пентагона и NASA, поэтому их не стали разрывать. Зато в сфере здравоохранения пострадала значительная часть контрактов — их прекратил Грюнбаум.
Кроме того, он оказался причастен к снятию субсидий и грантов с ряда крупнейших университетов США. Трамп отказывается от финансирования, прежде всего обвиняя их в распространении радикально левых идей.
Поводом для таких шагов называют пропалестинские протесты и случаи «антисемитизма». Грюнбаум, помимо прочего, входит в рабочую группу Министерства образования по борьбе с антисемитизмом.
Иначе говоря, Грюнбаум — строгий ревизор. На посту, отвечающем за госзакупки, он пытается экономить средства налогоплательщиков.
Это, безусловно, полезно. Но весьма отдаленно связано с урегулированием конфликта вокруг Украины.
Дело в том, что Трамп доверяет решать этот вопрос людям, которые ему нравятся и которым он доверяет. Во многом переговоры стали «семейным» делом потому, что нынешний президент не склонен полагаться на Госдепартамент — якобы «глубинное государство» может скомпрометировать конфиденциальность переговоров.
Поэтому формальные должности тех, кто на самом деле выстраивает мосты между Москвой, Вашингтоном и Киевом, иногда могут быть самыми разными.