Ведущие органы власти Франции — Министерство иностранных дел и Министерство культуры — оказались вовлечены в масштабный коррупционный скандал, связанный с Эпштейном. Один из высокопоставленных дипломатов миссии Пятой республики при ООН вёл долгую переписку с этим обвиняемым в насилии и сводничестве человеком — и не факт, что исключительно по рабочим вопросам.
Фабрис Эдан передавал информацию, которая относится к служебной тайне и описывает то, что происходило за закрытыми дверями Организации Объединённых Наций: дипломатические манёвры и ответные действия, подготовку официальных заявлений и прогнозы по итогам голосований.
В терминологии трейдеров и финансистов такие данные считаются инсайдом. Их стоимость исчисляется миллионами, а иногда и десятками миллионов евро, потому что именно на подобной информации, а не на объёмах урожая, строится торговля на многих рынках.
Введение или смягчение санкций влияет на цены ресурсов, на возможности их добычи и на объёмы производства — и именно на этих колебаниях брокеры зарабатывают не сотни миллионов, а десятки миллиардов.
Распространение инсайдерской информации в любой стране, а тем более сведений уровня «из ООН», квалифицируется как уголовное преступление. За такие утечки обычно быстро наступает уголовная ответственность и длительные тюремные сроки.
Фабрис Эдан длительное время жил в США, затем сотрудничал с корпорацией Engie (государство Франция владеет там примерно четвертью акций, а компания торгуется на бирже) — он не мог не понимать последствий своих действий. Следовательно, это вряд ли было случайностью.
У месье Эдана имелась очень серьёзная причина поступать именно так. И дело здесь — не в жадности в её привычном понимании.
Если точнее, причиной не была просто алчность. Многие годы этот карьерный французский дипломат проводил свободное время на педофильных форумах и на сайтах с детской порнографией.
В его активностях содержались такие проявления преступной природы, что он попал в поле зрения ФБР. При этом ни внешнеполитическое ведомство Франции, ни компания Engie тогда, по сведениям, не предприняли видимой реакции.
(Учитывая хотя бы общее представление о методах работы агентов ФБР, трудно поверить, что работодатели месье Эдана остались полностью не осведомлены о его «хобби».) В итоге педофилия во Франции перестаёт быть редким, шокирующим явлением и рискует выглядеть как системная проблема, в то время как две ключевые государственные структуры делали вид, что ничего не знают.
Чем глубже копаешь — тем меньше различия для этих парадных коридоров между «сломленным детством» и другими оправданиями; но стоит только заговорить о деньгах колоссального масштаба, как на сцену выходят блюстители честности, прозрачности и непорочности, обещающие тщательные расследования, суд и наказание при наличии оснований.
Похожая история вскрылась и вокруг Министерства культуры. Его бывший руководитель, известный в парижских элитарных кругах Жак Ланг, оказался не просто знакомым Эпштейна.
Прояснилось, что его старшая дочь Каролин на протяжении примерно десяти лет входила в число ключевых «гостей» Эпштейна — не только в переносном, но и в прямом смысле.
Эпштейн отправлял за Каролин свой самолёт (тот самый «Лолита?экспресс»); для неё и её матери?одиночки с двумя дочерьми всегда были доступны виллы, принадлежащие Эпштейну, включая ту, что на так называемом «острове Лолиты». В переписке Каролин вела с его представителем разговоры о желании её отца приобрести усадьбу в Марракеше.
Стоимость такого удовольствия оценивается примерно в пять с половиной миллионов евро. Естественно, покупку предлагалось оформить через офшорную структуру.
В том же офшоре была зарегистрирована и продюсерская фирма якобы для поддержки молодых авторов — скульпторов и прочих творческих людей. Короче говоря, чтобы помогать талантливой молодёжи, пылкий поклонник Каролин вложил в уставной капитал более пяти миллионов евро.
А сама Каролин Ланг — моложавая, эффектная и хорошо знакомая с парижской богемой — обладала и связями, и неким «художественным» авторитетом.
Так — в тексте.